На главную страницу

 

 

АТЛАСНАЯ ЖИВОПИСЬ АНАТОЛИЯ СТЕПАНОВА
 

 

"Ваши работы - это истинное богатство". "Это настоящий праздник, несущий свет и радость".

"Я никогда не видела таких ослепительных картин". "Спасибо!!!"

Это все о нем - художнике Анатолии Степанове. Толстая тетрадка отзывов пестрит восторженными чувствами и признаниями.

"Анатолий Иванович! Много раз видела Ваши
произведения на фотографиях и в "Интернете".

И вот, удалось увидеть их вживую. Вы - великий мастер! С глубоким уважением, Альфия Мухамедьянова".

Эти слова ценны тем, что они от художника - незаурядного, тонко чувствующего.

И для Альфии, и для всех, кто пришел на первую персональную выставку Степанова "Возвращение к истокам" в этнографическом музее, состоялось открытие нового большого явления в живописи. Хотя Анатолий Иванович всю жизнь прожил в Усть-Каменогорске.

Ради живописи оставил начальственное кресло. А работал он директором керамзито-гравийного завода.

Вместе с терпеливой, преданной женой и другом Верой Ивановной прошел через испытания нуждой, но всегда покупал только отменные краски из Индии - в этом часть секрета его "атласной" живописи.

Этот эпитет мне невольно пришел на ум, когда сердце почувствовало нежность и шелковистость полотен, переполнилось сиянием, которое исходит от каждой его работы. Рассказывали, что одна женщина просидела несколько часов возле зимнего пейзажа с розовыми отблесками лунного света. Слышала, как посетители перешептывались у картины Степанова "Ночь на Иртыше", сравнивая с "Ночью на Днепре" Куинджи. А еще: за 10-15 минут у картины "Зайсан" свои силы восстанавливает наш Президент Нурсултан Назарбаев.

Она висит в его рабочем кабинете. А 22 других творения Степанова составляют часть бесценных фондов живописи Национальной галереи в Президентском дворце.

                   

Знакомство с Президентом, который не скрывает своего восхищения от работ нашего земляка, в свое время породило немало слухов среди художественной братии и стало причиной многих курьезов, которые осложняли жизнь Анатолия Ивановича. Об этом и о многом другом я узнала, когда пришла в гости к художнику, чтобы приоткрыть завесу тайны над его судьбой.

Свою судьбу строим мы сами! Хотя обстоятельства, люди, окружающие нас, с завидным постоянством вмешиваются в ход событий...

Ему казалось: раз трудишься, болеешь душой за культуру, в меру талантлив - это должны замечать, ценить!

Как это так: ты едешь за границу представлять свою страну, - просишь флаг Республики, чтобы принадлежность таланта была видна, а чиновники тебя не понимают, отказывают?! А история с Германией?! Степанов, чтобы вырваться из нужды, подзаработать на краски, холсты, решил совершить путешествие во Франкфурт, где его ждали с выставкой. Продал все, что было возможно, все сбережения "подтянул", - дорога ведь не дешевая, а его не выпускают: "Сами летите, а полотна оставляйте - это достояние Казахстана!". Переусердствовали чиновники...

В его квартире просторно и неестественно пусто. Висит только несколько картин. Особенно трогательны персики с веточкой черной смородины. Фрукты светятся от солнечных лучей. И ощущение такое, будто за окном яркий летний день, в садах ломятся от урожая ветки.

И жить хорошо!

Многочисленные гвозди в стенах говорят о том, что все великолепие квартиры переместилось в выставочный зал. Вспоминаются слова из той же "доброй" тетрадки: "Душа отдохнула, сердце наполнилось силой и светом".

И художник, которого нелегко вызвать на откровение, вдруг говорит о том же: "Я, улавливая свет, воздух, впитываю это все в себя. И у меня, действительно, возникает какая-то космическая энергия, что ли.

А когда сажусь за мольберт, у меня, как у хорошего охотника, ноздри раздуваются, и я знаю уже, что у меня получится.

Я с детства рисовал. Родился в селе, никаких учителей у меня не было - только живопись Левитана, Айвазовского, Шишкина, Куинджи. И мама, простая, малограмотная женщина. Она всегда была ласковой, нежной...".

Возможно, именно от нее - Ольги Ивановны Степановой эта нежность, умиротворение разлиты по полотнам сына. Анатолий Степанов - отчаянный реалист, он прописывает все до мельчайших деталей.

За это его частенько обвиняют в фотографичности, что легко опровергнуть. У фотографии нет такой гаммы оттенков, как в живописи художника. И сюжеты - не слепок с природы, а глубинное проникновение в суть происходящего в ней.
 

Картина "Зайсанcкая пустыня": пастельно-нежные краски предгорий, гордо раскинула крылья сильная степная птица...

И только вдали угадывается, как мираж, кусочек Зайсана. Художник дразнит, завораживает...

Объемно-галографично смотрится уже в другой картине, на переднем плане, намеренно декоративно выписанная ветка с крупными плодами апорта. А на заднем плане заснеженные горы. Величественные горы с вековыми ледниками - непременный атрибут пейзажей Степанова, как и вода, которая отражает это великолепие поднебесной красоты.

Пожалуй, это второй наш художник после Леонида Агейкина, кому удается так узнаваемо и монументально, с размахом и мужским восторгом показать родной край.

Художник Анатолий Степанов твердо следует классическим традициям русского пейзажа. И поэтому гордится высказываниями директора Московского музея изобразительных искусств имени Пушкина профессора Ирины Антоновой: "Хорошо, что еще остались реалисты! Я знала, что на рубеже веков обязательно появится живописец, который продолжит традиции исконно русской школы пейзажной живописи".

Когда Анатолий Степанов решил "узаконить" свою принадлежность к академической живописи, он поехал в Москву, в Народную Академию ваяния и зодчества. Ему было 40, возраст, мягко скажем, не студенческий. Показал три обязательные экзаменационные работы, - удивились: "Неужели это вы?". Дали белые листы, краски, предложили тут же поработать. И снова удивились: "А чему мы будем вас учить? Езжайте домой, не ломайте уже поставленную руку. А диплом вы и так заслужили!" И ведь выдали диплом.

 

 

А недавно, когда у Анатолия Ивановича появился свой сайт с картинами, профессора Академии вспомнили о нем и пригласили на работу:

"У нас теоретиков пол-Москвы, а художников нет! Если бы Вы воспитали хотя бы два-три ученика...". Он отказался - в пользу собственного творчества.

Художники не любят говорить о тайнах своего творчества - это то, что, как бы, от Бога! Но кое-что о секрете "атласной" живописи я все-таки узнала. Бросаю взгляд на полотно с грозовыми тучами.

- Это незаконченная работа, - поясняет мастер.

Да, соглашаюсь про себя: еще не сияет по-степановски.

- Холст. Масло. Просушиваю. Потом буду снимать "тяжесть" и "обыкновенность" наждачной шкуркой, - говорит он. А вообще, у каждого художника свой метод класть мазки.

- А вы пишите на заказ?

- Конечно! Когда был во Франции, писал Сену, дворики - надо было заработать на обратную дорогу.

Голубую розу с каплей росы написал по просьбе Дариги Назарбаевой.

А предыстория написания этой картины и сама история моего знакомства с Президентом такова. Как-то бывший председатель облисполкома Игорь Тютеволь поехал в Алматы и прихватил мою картину, чтобы подарить ее Президенту. И как завертелось все, закружилось...

Мне сообщают: Назарбаев хочет приехать в Усть-Каменогорск, чтобы встретиться с вами, мол, почему такого художника скрываете?!

У нас с женой была "хрущевка", маленькая квартира. Привезли картины на смотрины в этнографический музей.

Президент прилетел не один, а с женой и дочерьми. Посмотрел и спрашивает: "А когда в гости пойдем?" Так вот, после этого визита я получил большую квартиру с мастерской. А когда открывалась Национальная галерея в Президентском Дворце, конкурс среди художников СНГ провели, и первыми выставили мои семь картин. А потом Президент пригласил в свои родные пенаты.

В Чемолган мы летели на вертолете, побывали у родового дома, а затем поехали в степь. А там такая красотища: голубые горы - нечто космическое. Нурсултан Абишевич показал одно совершенно фантастическое место: скала как бы разрезана некой неведомой силой пополам, а в расщелине каменный, совершенной формы, шар.

До сих пор мечтаю написать это...

Степанову везло на маститых людей. Его принимали Президенты Франции, Австрии, Нидерландов, Греции, Панамы... В Панаме на его выставку прилетел сам Джорж Сорос: художник из Усть-Каменогорска тогда выиграл Грант на поездку в Панаму. А выставлялся здесь не где-нибудь, а в казематах пирата Дрейка. С удовольствием вспоминает, показывает фотографии: "Залы с толстенными каменными стенами. И, представьте, панамский Президент мою картину "Подсолнух" поместил рядом с полотном Пикассо!"

Он радовался любой победе за границей, чувствуя себя полпредом родной державы...

Сейчас Анатолий Иванович переживает не лучшие времена: весной перенес сразу несколько операций, сидит на диете. Физически слаб, но духом после болезни как бы переродился - оттаял, стал мягче, забыл обиды прошлого. И, как следствие, - такой замечательный подарок землякам - выставка "Возвращение к истокам".

В толстой, распухшей от радости, тетрадке есть такое высказывание от пенсионерки А. Бижановой:

"От всей души благодарю Вас за выставку гениальных картин, выполненных на величайшем уровне.

Я постоянно посещаю известные зарубежные картинные галереи, но эти поездки утомительны и разорительны.

Так почему же не организовать еще один Лувр в нашем областном центре из произведений нашего земляка, великого художника, - для нас и наших потомков?"
 

Лувр - не Лувр, а все же стоит создать Галерею наших восточно-казахстанских художников. Есть у нас, конечно, выставочные залы, но они при музеях, и от бедности нашей культуры - в неприспособленных помещениях. Многие художники по этой причине не выставляются. А ведь был в нашем городе Дом художников с большим выставочным залом!

Сейчас область на подъеме: крепнет экономика, развивается бизнес, Усть-Каменогорск хорошеет...

Так неужели будем только вспоминать о том, что было, - не создадим свое, достойное нашего времени?!

Я обращаюсь к бизнесменам, руководителям предприятий: станьте меценатами! Ведь ни Третьякова, ни Савву Морозова не знали бы теперь, если бы в их душах не появилось великого желания сохранить для будущего отечественные таланты.

Сохраните! Прославьтесь! Оставьте о себе память!                                

                                                                                                                                       

Вера ЛАЗАРЕВА.  2004г.               

Вверх